[ Всемирная история | Библиотека | Новые поступления | Энцикопедия | Карта сайта | Ссылки ]



назад содержание далее

Лекция 23 (17 Декабря)

Мы говорили о Камбрейском мире, заключенном в 1529 г., но еще прежде Камбрейского мира между Карлом и Климентом VII начались сближения. Климент решительно перешел на сторону императора, когда тот обещал восстановить Флоренцию, снова изгнавшую Медичисов, Климент был сам Медичис; Флоренция была занята императорскими войсками. Дом Медичисов утвердился на престоле Флоренции. Но между этими Медичисами уже не было тех великих людей, как в XV столетии. Великая роль Флоренции в Италии и в целой Европе прошла; она жила своими воспоминаниями , но деятельного участия и влияния не обнаруживала более. Между тем водворение мира дало возможность Карлу обратить больше внимания на Реформацию. В 1529 г. он созвал сейм в Шпейере; на него явились князья католической партии. Они составили приговор сейма, по которому дальнейшее распространение протестантского учения было запрещено под страхом наказания. Постановления Вормского сейма, дотоле недействительные, хотя были напоминаемы, решено было привести в исполнение. Между тем в промежуток восьми годов между этими сеймами в Германии каждый князь свободно переходил от одной религии к другой: cuius regio, eius religio, так что не было препятствия к таким переходам; вследствие нового решения это было запрещено. Но протестантские князья не остались праздными при этом; они, собственно, протестовали еще во время самого сейма. 14 городов имперских заключили союз и говорили, что в случае нужды надо действовать силой; только Лютер и Меланхтон настаивали на мире. Лютер проповедовал начало безусловной покорности воле императора; он говорил, что церковь и учение можно защищать только оружием духовным; «будем молиться, будем ждать, что господь смягчит сердце императора и откроет свет ему». В 1530 г. собрался большой сейм в Аугсбурге, съехались князья, протестантские и католические. Протестанты подняли знаменем протестантства сочинения Меланхтона: они содержали все учение протестантства, по возможности сближаемое с католицизмом. Что касается до догматов, то Лютер и его проповедники ставили выше всего начало благодати; а обряды и формы ни к чему не вели. Из таинств они признали только два: крещение и причащение, которому должно предшествовать покаяние и разрешение грехов, но оно достаточно без предварительной исповеди. В учении самом о причастии Лютер по возможности держится близко Католического учения, хотя в начале о пресуществлении не совсем сходится. Касательно внешних форм он отменил латинские обряды и ввел народный язык; ввел в церковь песни особого рода поэзии, исключительно религиозного; ему обязана протестантская Германия лучшими песнями; здесь религия движется в народе, часть этих церковных песен положена на музыку, взятую из народных песен; в 1530 г. Лютер написал знаменитую песнь Geistenlied. Множество обрядов, употребительных в западной церкви, было отменено; в положении духовенства произошла великая перемена. Церковь перешла в зависимость от светской власти; но Лютер учил, что между богом и людьми нет другого посредника, кроме Иисуса Христа. Священники перестали быть посредниками между мирянами и богом; они назначались от светской власти или избирались общинами. На протестацию, поданную в Аугсбурге, которая была еще прежде подаваема в Италию, отвечали доктор Ивон Экки Кахлей. Возражения эти вышли весьма неудачны, между католическими учеными были люди, которые могли бы сделать это дело с большим успехом. Протестантство явно могло восторжествовать над слабыми аргументами противников. Но дело шло не об убеждении, большая часть католических князей приехала с готовыми мнениями; требовала, чтобы протестантство было отвергнуто и на договоре означены рубрики его красными кровавыми чернилами. По-видимому, торжество католицизма было несомненно особенно если взглянуть на разрыв между разными партиями протестантов.

Мы видели действия Цвингли в Швейцарии, они шли быстро, с великим успехом; он обратился не к одной религии, но к патриотизму и нравственному чувству. Только 5 кантонов остались чистыми: Швиц, Унтервальден, Ури, Цуг и Люцерн. Эти кантоны, которым принадлежало основание Швейцарского союза и первое политическое бытие, славились особенно мужеством своих жителей. Они имели влияние на дела союза, вследствие услуг, какие оказали прежде целой Швейцарии, не утратив простого характера жителей. Разумеется, здесь католицизм пустил глубокие корни, католические священники имели огромное влияние на умы; средние века доселе сохранились в этих кантонах, старые доблести и старые недостатки швейцарцев. В этих кантонах до нашего времени не отменена пытка. Они-то противопоставили особенно деятельное сопротивление Цвингли. Победители Австрийского дома заключили тесный союз с ними против Реформации. Но не одно религиозное убеждение было тут. Мы сказали, что из этих кантонов выходили самые храбрые воины швейцарских дружин. Цвингли противостоял этой системе и нажил в них личных непримиримых врагов. Впрочем, в Цюрихе влияние его было могущественно, Бернский кантон, самый могущественный, несмотря на сопротивление аристократии, принял Реформацию; также другие города, с характером более практическим. С другой стороны, они здесь еще более уклонились от католических догматов, чем Лютер. Цвингли принял таинство причащения только в смысле воспоминания Спасителя. Когда в 1530 г. Лютер подал свою протестацию, четыре города имперских подали другую, написанную на основании учения Цвингли. Лютер объявил, что эта протестация не касается их. Между обоими реформаторами пытались их друзья устроить примирение, попытка была неудачной. Цвингли готов был на некоторые уступки, со слезами протягивал руку Лютеру, но Лютер остался непреклонен. Для него чистота догмата стояла всего выше, и он произнес даже строгий приговор над учением Цвингли. Но желание Лютера удержать покорность императору не могло удержать князей. В 1531 г. они собрались в Шмалькальдене и заключили первый Шмалькальденский мир, обязавшись защищаться здесь — союз против католицизма. Главами союза были Филипп Гессенский и курфирст Иоанн Саксонский, самый могущественный из протестантских князей. К счастью, император был занят опять внешней политикой и не мог употребить против них сил своих. Мы видели, что Карл, получив наследство Фердинанда Католика и Максимилиана Германского, вверил управление австрийскими землями младшему брату Фердинанду. В 1526 г. король венгерский и чешский Людвиг II погиб в сражении против турок при Могаче (Моhас). Фердинанд объявил притязания на престол, ему помогала вдова Людвига, родная сестра его, королева Мария. Богемия, Моравия, Лузация признали его королем. В Венгрии провозгласили королем Иоанна Заполню (Zapolya), воеводу Седмиградского. Изгнанный, он искал помощи у турок. На престоле сидел тогда последний великий султан Солиман Великий (Маглмед II, Баязет II, Селим I, Солиман I); он выгнал войско Фердинанда из Венгрии и осадил самую Вену. Лютер обратился с красноречивым воззванием, просил забыть споры и помнить, что угрожало христианству. Война продолжалась; союз Шмалькальденский мог быть опасен императору в такую минуту, когда ему следовало бороться с Турцией и Венгрией и оправдать одностороннее назначение Фердинанда королем немецким. Со стороны Швейцарии ему грозила меньшая опасность: деятельность Цвингли кончилась. В 1531 г. лесные и горные кантоны объявили войну другим; Берн, дотоле ревностный защитник протестантства, из зависти к Цюриху не подал ему помощи, вся тяжесть пала на один Цюрих. Это был героический век города, напоминавший античные времена. 2000 горожан под начальством Цвингли выступили в поход, Цвингли не надеялся на победу, надеялся на благородное великое дело. При Каппеле (Kappel) сошлись цюрихцы и противники их, тех было вчетверо, бились до последнего человека, немногие из них остались живы: в числе убитых был сам Цвингли. Даже враги его не могли отказать ему в уважении и некоторые — в слезах. Таких граждан было немного в Швейцарии. Дело Реформации в Швейцарии казалось проигранным. Хотя мы увидим здесь нового реформатора, более последовательного и счастливого, именно Иоанна Кальвина, но политическое значение, которое дал Реформации Цвингли, погибло. Может быть, эта-то победа католического начала и сделала католических князей уступчивее в Германии; они надеялись впоследствии легче управиться.

В 1532 г. состоялся Нюрнбергский религиозный мир; им представлено было беспрепятственное исправление религии. Католики обещали не тревожить протестантов, протестанты — католиков. Надо было обратить общие силы народа против Турции. В самом деле, появление многочисленной и стройной армии заставило турок отступить из Венгрии.

Внешний враг был отражен, религиозный мир утвержден, но на прочность его никто не надеялся. Война была очевидна; если посмотрим на политические обстоятельства этого времени, мы это увидим. Начнем с Франции. Франц I после возврата из Мадрида старался загладить военные неудачи великолепным покровительством наукам и искусствам, он начинает во Франции век возрождения древнего искусства. В своих политических идеях он руководствовался политическими интересами; он заключил союз с турками, следуя макиавелльскому началу, он поставил вопросы политические выше религиозных. В Германии Франц, как у себя, не терпел протестантского движения, но держал в Германии сторону протестантов и поощрял начатые военные действия против Карла. Еще запутаннее дела были в Англии; доселе Генрих VIII руководился советами Вальсея; Вальсей стоял на высшей ступени, не нося царственного венца. Но его могущество клонилось к концу, он держался только личными отношениями к королю, уступая его требованиям. Вдруг и он должен был выразить сопротивление. Король был женат с 18 лет на родной своей тетке (прим. Здесь ошибка: Генрих VIII был в первый раз женат не на своей тетке, а на вдове старшего брата Артура — Екатерине Арагонской.). По-видимому, он горячо любил ее в первые годы, хотя она была старше его; но потом эта любовь охладела, в начале 1520-х годов он показал внимание Анне Болен, привезенной из Парижа, отличавшейся грациозными формами и добродетелью. Короля начали мучить угрызения совести, он сомневался в правах на брак с теткой, несмотря на то, что он был разрешен папой, и жил он с Екатериной много лет. Он открылся Вальсею, тот был отчасти готов, он надеялся склонить короля на новый брак, но отнюдь не на Анне Болен, думая об одной французской принцессе или сестре Франца Маргарите, или дочери Людвига XII Ренате. С великолепным посольством отправился он во Францию; он думал, что, если Франц даст согласие, папа согласится на развод. Надежда Вальсея не сбылась. Во время его поездки король обнаружил намерение решительное жениться на Анне Болен, и дело пошло о разводе. Отсюда развились самые важные отношения Англии и отделение Англии от папского престола.

назад содержание далее






При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:

http://historik.ru/ "Historik.ru: Книги по истории"