[ Всемирная история | Библиотека | Новые поступления | Энцикопедия | Карта сайта | Ссылки ]



назад содержание далее

Лекция 22 (15 Декабря)

Мы видели, в каком отношении находился папа к императору Карлу, когда началась война между Францем и Карлом. Адриан VI, бывший наставник Карла, сидел на престоле. Папа заслужил своей личностью полное уважение, но не в пору сел он на кафедру; ему недоставало многих необходимых условий. Итальянцы невзлюбили его за аскетическую нелюбовь к искусству; реформаторской партий он не прийлек к себе, ибо допуская возможность преобразования только в недрах католицизма. Война при неблагоприятных для Франции условиях началась. Император опирался на папу, на Южную Италию; брат его Фердинанд стоял во главе австрийских владений; императорскими войсками предводительствовали лучшие полководцы того времени, когда начался новый способ войны, где не много значила личная храбрость; это были испанцы, часто итальянцы. В подробности этой войны мы не войдем. Впрочем, она уже по самому характеру представляет тот же род драматической занимательности, как вообще итальянские войны. Мы видели начатки нового военного искусства и отходившее время рыцарства. В 1523 году императорские войска едва не ворвались во Францию, там совершалось событие, которое могло иметь роковые последствия. Между вельможами Франца I не было ни одного, который стоял бы наряду с коннетаблем Карлом Бурбоном. Он был родственником королевской фамилии, браком с Сусанной Бурбон, сестрою Карла VIII, он получил огромные земли в самой средине Франции. Ему принадлежали многие крепости, он имел свое войско, двор, сверх того занимал высшие должности после короля. Личные его способности соответствовали высокому положению. В битве Мариньянской значительную часть славы и успехов приписывали ему. Но когда у него умерла супруга, на него обратила внимание Луиза Савойская, мать Франца, хотевшая выйти замуж за него. Карл, который, будучи моложе ее, отказался. Вследствие этого была распря, перешедшая в процесс; Луиза стала требовать наследства супруги Карла; в парламенте королевское влияние давало перевес Луизе, Франц, впрочем, неохотно смотрел на это и хотел мать отклонить от процесса. Уже в конце 22 г. союзники, Генрих VIII и Карл V, обратились с предложением к коннетаблю Бурбон. Они поставили на вид ему его могущество и обиды и утраты, они предложили ему разделить королевство Франции. Генрих VIII выговорил себе Северную Францию, Карл V — бывшие земли бургундские и еще несколько земель среди Франции; коннетаблю с титулом короля предоставлялась Южная Франция, Аквитания. Этот замысел был тем опаснее, что военные дела Франца шли плохо; королем были многие недовольны, особенно матерью его.

К счастью для Франца, он узнал о замысле. В 23 г. коннетабль, видя, что его замыслы открыты, бежал. Франц послал за ним вдогонку с предложением кончить процесс и помириться. Карл, однако, не вернулся, явился в стан императора без войска, с небольшой свитою двора, но принес с собой свое имя и дарования. Первым делом его был поход в Южную Францию. Он обещал союзным монархам, что они не встретят там сопротивления, что его имя достаточно, чтобы отворить ему ворота Южной Франции; Северная Италия была уже совершенно в руках императора. Французы были разбиты при Бикоке, в битве, которую хотели дать швейцарцы поскорее; французский полководец Боннивет. (1524) должен был дать сражение, и при отступлении погиб Баярд, рыцарь без страха и упрека. Плохой полководец, но блистательно образованный в рыцарских доблестях, когда рыцарство стало уже чем-то чуждым современным нравам. В 24 г. императорские войска вступили в Южную Францию. Но обещания Бурбона не исполнились. Город Марсель противопоставил самое упорное сопротивление, они должны были снять осаду. Франц мог считать себя победителем. Императорские войска много потерпели от недостатка припасов. Армия Карла рассеялась почти вся на дороге, остатки ее заперлись в Павии в начале 1525 г.; здесь обложил ее Франц, и если бы он был сам лучшим полководцем или имел бы лучших полководцев, то, конечно, участь Италии могла бы снова измениться. Но Франц дал возможность подступить 12000 немецких ландскнехтов; мало того, он принял сражение при неблагоприятных условиях. Он превосходил своими силами императора, войска его были в отличном состоянии, и особенно артиллерия, но он и французские дворяне не отвыкли от рыцарских войн: они поступили так, что французская артиллерия стреляла в своих. Они не составили никакого плана сражения. Между тем как Пескара, Фрундсберг, Лейваи коннетабль Бурбон воевали ученым образом. Французы потеряли более 10000 человек, сам Франц был взят в плен в феврале 1525 г. Можно, наверное, сказать, что известие о Павийской победе нанесло более ужаса, чем радости союзникам. Такого успеха не ждал Генрих VIII; на папском престоле сидел тогда Климент VII из дома Медичисов. И папа, и английский король были поражены таким решительным успехом, доставившим Испании полный перевес. Во Франции были приняты отчаянные меры, Луиза укрепляла Париж, но до этого не дошло. Франц был отведен в Мадрид, содержался под довольно строгим надзором около году. Такое заточение не могло не иметь влияние на государя, привыкшего к веселой и военной жизни; предложили мир; условия Карла были тягостны, Франц должен был отказаться от всех притязаний на Милан, на другие государства Италии и должен был отдать Карлу все герцогство Бургундское, все остатки бургундского наследия, по-видимому. Все долгие труды Людвига XI и войны Карла VIII и Людвига XII явились потерянными для Франции. Отдавая Бургундию Карлу, Франц впускал врага в самое сердце Франции, с этим оканчивалась его самостоятельность. Тем не менее Франц подписал договор, хотя протестовал против него тут же, против некоторых служителей, говоря, что акт был вырван у него силой (1526). Другими статьями Мадридского договора условлено было, что Франц женится на сестре короля, вдовствующей королеве португальской Элеоноре и в обеспечение договора отдаст своих двух сыновей от первого брака заложниками. В 1526 г. Франц был освобожден. Он обратился во Францию; ни Генрих, ни папа не думали уже помогать Карлу, они думали о том, кто бы остановил его могущество. Можно сказать, что события шли независимо от воли главных деятелей, неожиданно даже для тех людей, которые были одарены особенно проницательной политикой. Театром этих странных событий была Италия. Мы видели, какие обещания были даны коннетаблю, когда Павийская битва была выиграна; он требовал исполнения условий. Карл колебался, он понимал, что вторжение во Францию вовлечет его в новые войны с Англией. Он уклонялся. По другим предположениям — достоверных фактов мы не имеем — у Карла был другой замысел, он хотел завладеть Францией один. Чтобы наградить коннетабля, он назначил коннетабля начальником войск в Северной Италии, назначение почетное, но и не доставлявшее большие трудности и опасности. Карл отдал коннетаблю край, разоренный войной, отдал войско, составленное из наемников, которым нечем было платить жалованье. Одним словом, отдал те силы, которые были более опасны Испании, нежели полезны.

В 26 г. коннетабль еще удерживал своих солдат в повиновении, обещая им огромные контрибуции с герцогства Миланского. Но ропот возрастал, к концу 26 года коннетабль принял другую систему, он решился действовать сам, от себя, решился заменить королевство во Франции королевством в Италии. Он писал Карлу, что не в силах удержать наемников, что они хотят идти на Рим. Этому донесению противоречили иные факты, он приглашал из Испании новых ландскнехтов и протестантов. Опытный вождь ландскнехтов Георг Фрундсберг, бывший в Вормсе на соборе, привел большой отряд и привез с собой золотую цепь, на которой хотел повесить папу; ландскнехты шли с угрозами, их звал знаменитый полководец, они знали, за что будут воевать. В начале 27 г. коннетабль двинулся к Риму, он все еще уверял, что идет поневоле; но его влияние было велико, он шел не в качестве полководца Карлова, а как куниг средневековых народов; он хотел завоевать Среднюю и Южную Италию и мечтал о королевском венце Италии. Климент VII трепетал в Риме, папская армия шла рядом с коннетаблем, но не могла решиться на битву; неаполитанцы также не смели биться. В первых числах мая 1527 г. дружина Бурбона обложила Рим, он не стал тратить время и решился взять город приступом. Рано начался приступ, коннетабль один из первых взошел на стену и один из первых был убит. Смерть его скрыли на первое время, через час она сделалась известной, но город был уже в руках наемников.

Со времен вандальского нашествия Рим не был под такой бедою. Католики и протестанты равно грабили церкви и совершали бесчинства. Огромные богатства, памятники искусства — все было расхищено; на улицах происходили страшные пародии католического богослужения; ландскенхты, одетые в облачение папы и кардинала, ходили по улицам. Принц Оранский, заступивший место коннетабля, не имел большого влияния. Одним словом, войско грабило в Риме, сколько хотело. Когда Карл получил известие об этом, он велел служить молебны о спасении папы. Папа сидел в башне Ангела, он должен был выдать огромные суммы солдатам и потом бежал оттуда. Армия, взявшая Рим, почти вся погибла. Образ жизни, который они вели в продолжение нескольких недель в Риме, произвел болезни, потом они, обогатившись, начали поодиночке возвращаться домой, на дороге их били и грабили жители. Эта огромная армия исчезла, не оставив никакого следа, кроме воспоминаний о грабеже. Но Франц в свою очередь воспользовался этими событиями и объявил, что он не может исполнить условий Мадридского мира. Известно, как Франц поступил с парламентом касательно конкордата с Львом X. Но теперь он возвратился к парламенту с вопросом, имеет ли право король без согласия парламента уступить одну из областей Франции. Парламент понял смысл вопроса, отвечал отрицательно, и Франц отозвался, что он не может, не нарушая основных законов, исполнить договор и потому предлагает императору значительную сумму взамен Бургундии. В 1527 г. начались опять военные действия. На этот раз Генрих не вмешивался, а скорей держал сторону Франции, папа был на его стороне; французские войска дошли до Неаполя, обе стороны хотели мира, и составился Дамский мир, заключенный Луизою Савойскою и сестрой Карла Маргаритою в Камбрэ (1529). Франц отказался от императорских владений, сохранил Бургундию и сыновей и вступил в брак с сестрою Карла V Элеонорою Португальскою. Карл лично прибыл в Италию. Между папой и им утвержден был союз. Папа Климент VII не походил на своих предшественников; для него вопросы религиозные подчинялись вопросам политическим; ниже Льва X в талантах и Адриана — в нравственном отношении, он был представителем вероломной политики, которой отличались тогда итальянские князья; он переходил с одной стороны на другую, теперь показался ему выгоднее союз с императором, и он перешел в 1529 году. Мы увидим, как дорого заплатила Италия за этот союз.

назад содержание далее






При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:

http://historik.ru/ "Historik.ru: Книги по истории"